Сегодня утром, в то время когда обычные москвичи сладко и беспечно потягивались в своих кроватях в предвкушении кофе с круассаном, другие, несмотря на мокрый снег, стягивались к Красной площади. Ровно 63 года назад, как известно, умер Сталин и в честь этой даты уже несколько лет проводится акция под названием "Две гвоздики для товарища Сталина".
Ещё задолго до 10.00 (когда начинают пускать к захоронениям у стены) рядом с Никольской башней выстроилась очередь почтить память вождю.
А спустя некоторое время начали подтягиваться основные активисты, неся в руках охапки красных гвоздик.
Чеканя шаг, они прошли мимо основной очереди и начали продвигаться к могиле "блатным" путём.
По всей видимости, у них имелось какое-то особое разрешение. Мне удалось незаметно влиться в толпу и одним из первых стать свидетелем "таинства".
Давненько не был здесь.
Первые гвоздики ложатся на могилу.
За последние годы акценты сильно сместились. Если раньше поклоняться Сталину шли ортодоксальные коммунисты и прочие радикалы, то сегодня большую часть пришедших составляет чуть ли не мейнстрим - люди, называющие себя патриотами и государственниками.
Очередь всё возрастала.
Было много лиц из так называемого "Евразийского союза молодёжи", курируемого скандально известным Александром Дугиным. В центре одна из ярких представительниц Наталья Макеева.
Лица скорбны и задумчивы.
Много молодёжи. Сталин сегодня в моде.
Некоторые не сдерживали слёз.
Кто-то читал молитвы и крестился.
Цветов за несколько минут набралась целая гора.
Так вот ты какое, будущее - как бы говорят партийные и советские руководители, наблюдая за акцией.
Я считаю, что втягивать детей в любые подобного рода акции, что прогосударственные, что оппозиционные - нехорошо, мягко говоря.
Спустя почти час после начала акции, народу стало лишь больше. Очередь растянулась чуть ли не до Манежной площади.
Вот такой "стокгольмский синдром".
Источник: nasedkin.livejournal.com
Комментарии
Официальная идеология только маскировала реальные, разнообразные и сугубо прагматические мотивы репрессий. Общей целью всех сталинских социально-экономических реформ, проводившихся репрессивными методами, было скорейшее построение военной промышленности. И — как следствие — механизированной армии, способной победить всех противников в планировавшейся мировой войне.
Советский народ тоже очень дорого заплатил за то, что многократно доверялся Ленину, Сталину и их наследникам — десятками миллионов жертв гражданской войны, коллективизации , Голодомора, Большого Террора, катастрофы 41-го, военных побед, путь к которым щедро стелили телами убитых солдат — бабы новых нарожают! — чтобы штурмом взять очередной город к очередному пролетарскому празднику, депортаций целых народов и следующего, послевоенного витка сталинских репрессий… И так далее — вплоть до афганской авантюры, жертвы которой — лишь капля в море загубленных жизней, искореженных судеб, униженных и оскорбленных.
Россияне, поклоняющиеся Сталину и злословящие в адрес Горбачева, я уверен, рано или поздно дорого заплатят и за эту хулу, и за цветы на могилу генералиссимуса , и за 86 или сколько там процентов в поддержку Путина.
Помяните мое слово.
точнее коррумпированно е его правительство сделало "очень многое". Они не построили на полуострове ни одной нормальной дороги, ни одного города в
европейском смысле этого слова (трущобы не в счет). Имея природу, близкую к Исландии не смогли наладить ни рыболовной индустрии, ни туризма, ни геотермальной энергетики на уровне, хотя бы близком к этой скандинавской стране.
Страна, в которой люди существуют для государства, это плохая страна. Я не хочу в ней жить. Страна, где личность ничто, а а государственная машина - всё, плохая страна. Я не хочу иметь с ней ничего общего. Мне не нужны великие достижения, если они оплачены жизнями рабов, а не энтузиастов. Мне не нужны обширные засранные территории только для того, чтобы гордо их демонстрировать на карте. Я за то, чтобы права личности в идеале главенствовали над интересом государства и категорически против того, чтобы под государственными интересами понимались интересы чиновников и пришедшей к власти "элиты". Уж поверьте, интересы узурпаторов никогда не совпадают с интересами подданных, а именно модель "узурпаторы - подданные - рабы" мы благополучно потребляли с 1917-го по 1991-й. Да и то, что было получено после 1991-го оказалось далеким от совершенства, впрочем, это все же было лучше, чем прошлое рабство - нечто непонятное со вкусом надежды, а вкус надежды делает удобоваримым даже несъедобные блюда.
Народ Российской империи любил своих палачей всегда (другие - те , кто тиранов не любил - не выживали. Их просто вырезали, четвертовали, подвешивали за ребра, сжигали, топили, морили голодом - все в устоявшихся традициях) - отсюда вера в доброго царя. Причем, чем более образованными и мягкими становились правители в реале, тем меньше уважения вызывали - вот она, волшебная сила привычки, то самое "бьет, значит, любит!". Уважали и любили лишь того, кого боялись - при нем головы не подыми! Распнёт! Традиция сохранилась. Это, как красные флаги, как портреты людоедов, которые несут над кумачовым морем сыновья, дочери, внуки и правнуки тех, кого эти упыри замучили, убили или просто бросили в жернова самого крупного гражданского конфликта 20 века. Затем умерщвление своего народа вошло в норму...
И к чем у в итоге пришли, страна в руинах, зато кучка тварей у власти.
Ехал в маршрутке. Около беседовали две питерские старушки. Чистенькие, аккуратненькие, явно обе старше восьмидесяти. Обсуждали какие-то бытовые проблемы, газ, электричество, коммуналки (каждая пожила в них). Вдруг я уловил что-то интересное. И был вознагражден прекрасной (не знаю, подходящее ли слово) историей.
Обсуждая коммуналки, одна старушка показала на дом, что мы проезжали. — А вот, кстати, видишь, горит окошко? Это Ленино окно. Ну ты ее знаешь. А у нее была сестра, двоюродная, как же ее… Не Даша… Не Глаша… Как же… Ну не важно. А папа у сестры был генерал. Красавец! Мощный! Вся грудь в орденах! Против Колчака воевал. Ранен был. Герой! А в тридцатых их всех арестовали. Генерала, жену его и двух дочерей: вот эту, не помню имя, и ее сестру. Ну, там, начали просить, кто-то ходил куда-то, были друзья. И ее в итоге отпустили. Как младшую. А все остальные погибли. А квартиру их следователю отдали, который как раз дело вел. И вот ее поселили назад. Не знаю почему. Может, следователю не по чину такая генеральская квартира была, может еще что. Ну и сделали из квартиры коммуналку. И она в одной комнате живет, а следователь с семьей в двух остальных. Вот так и жили.
— Да… — вздохнула (слишком равнодушно, на мой взгляд) вторая старушка. — Долго вместе прожили-то?
— Да так и прожили. Не меняли. Уже перестройка была, когда они умерли. И она, и следователь…
Тут старушки заговорили еще о чем-то и вышли, а я остался. Осознавать. Никакому Галичу до такого сюжета не додуматься. Шекспиру не додуматься. Потому что нет человеческого гения, который мог бы объяснить, как можно жить десятилетия в одной квартире с дочерью своих жертв и с палачом своих родителей. Не объяснить это. Впрочем, советскому человеку и не надо объяснять. И так понимает. Тут я вздыхаю тихо, с сожалением и немного устало, как вторая старушка.
RSS лента комментариев этой записи