Панамаское дело показывает что ни один "реформатор" не связывает свою жизнь с Украиной в долговременной перспективе и имеет "чемоданное настроение."

Порошенко создал в 2014 году компанию в офшорной зоне на Британских Виргинский островах, куда вывел активы Рошена, чтобы не платить в Украине налог с продажи. При этом фантик в виде «слепого траста» должен был спрятать весь процесс. Думаю, что поэтому он "внезапно" отказался от ранее спланированной на эти дни поездки в Лондон, где пройдет антикоррупционный саммит. И где к нему было бы, скажем так, очень много "трудных" вопросов...

Со средины 1990-х годов экономические процессы в Украине неизменно включали в себя оффшорную историю. Наше государство не может эффективно бороться с оффшорами, потому как оно своими корнями завязано на оффшоры. Сращивание власти и оффшоров произошло еще до того как появился так называемый «честный бизнес» в Украине. У нас 85% крупных-средних бизнесов имеют оффшорные компании.
Олигархическая экономика не может подрезать себе корни. Годами держатели политической ренты создавали систему, при которой можно было делать «бизнес» только им. Это предполагает непрозрачность государственной экономической политики, коррумпированную бюрократию и неэффективную правовую систему. Как следствие, сами же олигархи не доверяют этому государству, его юрисдикции и выводят активы в места где тишина и нет налогов.
Понимание неизбежности наказания толкает наших олигархов при власти к некоторым осторожным телодвижениям в направлении поиска решения. Иметь оффшоры опасно, а не иметь – значит выбросить собственный кошелек и жить на одну зарплату. Этот вариант даже не рассматривается.
Скорее всего в борьбе с оффшорами мы будем наблюдать приблизительно то же, что и с борьбой с коррупцией. Ну, например, создадут некий институт, позволяющий узнать все о владельцах оффшоров, как требуют того международные институции. В течение 5 лет со всеми оффшорами, ключевыми для Украины, будут подписаны документы об информационной прозрачности.
Для пущей убедительности проведут публичную порку менеджеров среднего звена и директоров «дочек» компаний с участием VIPов, могут показательно уволить чиновника средней руки. Я даже не исключаю, что могут прижать хвост среднему бизнесу. Например, как было в России, могут пострадать и все те, кто засветится в ходе случайной выборки или в кампаниях по чистке кадров.
К тем оффшорам, которые не подпишут протоколы об обмене информацией (а таких может оказаться целый список) придется применить автоматическое обложение налогами платежей (в США такое есть).
Это будет видимая часть процесса. А невидимая будет состоять в том, что крупный бизнес начнет медленно перемещаться в оффшоры, которые официально таковыми не являются. Они не входят ни в какие черные списки, но позволяют получить те же эффекты, хотя и дороже, чем на островах. Типичные примеры — Нидерланды и Люксембург. В итоге оффшорные схемы сохранятся, но обойдутся бизнесу дороже (в 5 раз).
Из оффшоров окончательно уйдет средний бизнес. Для него оффшоры — дорого и неудобно. Все налоговые проблемы он решает на месте, через наличные и коррупцию. Но налогов от этого в бюджете не прибавится. Все, что вернется, уйдет в теневой оборот. Но многие просто не вернуться и переместят свой бизнес в другие юрисдикции окончательно – станут нерезидентами.
В итоге, в шоколаде окажутся все те же олигархические ФПГ, которые напишут налоговое законодательство под себя. Внешне оно будет казаться проевропейским и прогрессивным, но в нем будут «запятые» и «выпадения букв», которые будут позволять делать бизнес и работать через «цивилизованные» оффшоры. Просто эту разницу будем платить мы с вами.